Андрей (andp2027) wrote,
Андрей
andp2027

Чем отличается либерал от либераста?



Недавно один мой хороший знакомый и коллега, человек здравомыслящий, поделился таким интересным диалогом. Он спросил у одного крайне агрессивно настроенного к либералам собеседника: «А ты можешь четко ответить – кто такой либерал?» Тот в ответ промычал что-то и выдавил: «Либерал – это… либераст». Попробуем разобраться, в чем разница, чтобы впредь не давать таких тупых ответов.

Либерал – это сторонник либерализма. А что такое либерализм? Проще всего ответить, исходя из названия: это идеология, защищающая свободы. Но ключевой вопрос – ЧЬИ свободы и КАКИЕ свободы? Нет свободы вообще, как нет человека вообще. Либерализм – это идеология защиты совершенно определенных свобод и тех, кто алчет этих свобод. Попробуем разобраться, каких.

К ИСТОРИИ ВОПРОСА

Исторически можно выделить три этапа формирования идеологии либерализма.

Первый этап берет свои истоки из XVIII века. Тогда в Англии впервые возникла партия, приверженцы которой несколько позже стали называть себя либералами. Это были – внимание! – представители крупной буржуазии, вступившей в противоречия с крупными землевладельцами-лендлордами. Интересы лендлордов выражала другая партия – консерваторы, которые вместе с либералами сформировали первую в мире двухпартийную систему: обе эти партии, сменяя друг друга, правили на Британских островах более ста лет – до начала XX века.

В тот период Великобритания, опередившая другие страны в промышленном перевороте, была экономически и политически ведущей державой мира. Поскольку в эксплуататорских обществах, как правило, господствуют идеи господствующего класса господствующих стран, то либерализм (как и его брат-близнец – консерватизм) на протяжении ХIХ века распространились по всему капиталистическому миру. Буржуазия многих стран, и особенно буржуазная и мелкобуржуазная интеллигенция, обратились в либеральную «веру», видя в ней альтернативу «насилию и произволу» - как справа, в лице монархического абсолютизма, так и слева, в лице якобинства, считаемого тогда таким же пугалом, как нынче «сталинизм». Многие люди принимали за либерализм любую борьбу за свободу. Наш соотечественник В.Г. Белинский писал даже: «Для меня либерал и человек – одно, абсолютист и кнутобой – одно». Либералами в подобном смысле считали себя революционеры Франции в 1830 г. , а Латинской Америки – вплоть до начала XX века.

Второй этап в истории либерализма связан с поздними буржуазными революциями: от европейских 1848 г. до российских 1905-1917 гг. К тому времени от либералов уже отошли революционеры-демократы, тяготевшие к социализму, пусть пока утопическому. Либералы «второго призыва» – как правило, представители буржуазной и мелкобуржуазной интеллигенции. Выступая против «старого порядка», за реформы или, в крайнем случае, «революцию сверху», они более всего опасались революции народной, рабочей и крестьянской. Классический пример либералов «второй волны» – российские кадеты («Партия народной свободы»). Идеал подобного либерализма Ленин резюмировал словами: «соединение свободы (не для народа) с бюрократизмом (против народа)». Во всех революциях тогдашние либералы терпели политический крах, поскольку были чужды и трудовому народу, и массе буржуазии, предпочитавшей более «твердую» диктаторскую власть.

Наконец, третий этап в истории «либеральной идеи» – неолиберализм (примерно с 70-х годов ХХ века по настоящее время). Это идеология транснациональных корпораций, выступающих против регулирования своей деятельности национальным государством (не только социалистическим или народно-демократическим, но и национально-капиталистическим). На первый взгляд, они «антигосударственники», чем напоминают даже не прежних либералов, а скорее анархистов. Но, присмотревшись внимательнее, нетрудно разглядеть, что неолибералы совсем не против карательно-репрессивных функций буржуазного государства по отношению к народу (что как раз и вызывало наибольший протест анархистов и часто осуждалось даже прежними либералами). Неолибералы стоят за свертывание экономических и особенно социальных функций государства, оставляя за ним именно карательные. Как же иначе навязать большинству общества явно антинародную, антисоциальную и антинациональную программу?

Таким образом, между либералами трех «призывов» есть существенные различия, и очень жаль, что в нынешней России их всех принято мазать одной краской (например, в Латинской Америке левые справедливо видят главного врага не в «либерализме» вообще, а именно в неолиберализме). Но есть у них и общие черты.

КТО ТАКОЙ ЛИБЕРАЛ?

Если попытаться максимально кратко определить либерализм, то это идеология, охраняющая интересы частной собственности. В центре внимания либерализма стоит не вообще человек, а именно собственник (будто бы неважно, кто он – хозяин лавочки или крупной корпорации). Защищаемая им свобода – это свобода собственности и собственников; политические и все иные свободы, строго говоря, могут быть только у них. Вполне логично, что либералы первых двух призывов предусматривали для политических прав имущественные цензы: для права быть избранным - выше, для права избирать – ниже, но пролетарии и прочие бедняки, не имевшие никакой собственности, не имели по этой схеме и никаких прав. Скажем, в «демократических» республиках Латинской Америки XIX века правом голосовать пользовался в среднем… 1% (один процент!) населения. А расширялось это право уже позже, при других правителях, с иными взглядами.

То есть, либерализм – это идеология частной собственности. Соответственно, либерал – это сторонник верховенства частной собственности. Дабы отвести от себя упреки тех, кто не понимает, что такое частная собственность и может возмутиться, будто я против личной собственности на зубные щетки и трусы, скажу лишь: частная и личная собственность – вещи принципиально разные и личная собственность не является частной. Но это вопрос, требующий отдельного рассмотрения.

У подобной идеологии есть важное следствие – все, что находится за пределами частной собственности, а тем более что может нарушить ее, воспринимается как враждебное. Скажем, аргентинской президент-либерал Бартоломе Митре, посылая карателей против мятежных индейцев и полупролетариев-гаучо, призывал «не жалеть их крови» и «сделать из них удобрение полей». Народ соседнего Парагвая – тогдашней «страны-изгоя» с госкапиталистическим режимом – Митре и его союзники истребили процентов на 80. Так ли уж это по сути отличается от гитлеровского «плана Ост» или от того, что творят натовские интервенты с Ираком, Ливией, Сирией?

КТО ТАКОЙ ЛИБЕРАСТ?

И здесь мы переходим к тому, кто такой «либераст». Либераст – это наиболее агрессивная, шовинистская форма отстаивания и трансляции либерализма (в наши дни – неолиберализма). Я бы сказал, фашиствующая форма неолиберализма.

Для либералов друг и брат – другой собственник, только себя и других собственников они считают достойными людьми. Те люди, которые оказываются за пределами собственности (а таковых на поверку оказывается подавляющее большинство) воспринимаются как рабочий материал, как средство для собственности и собственника. Те либералы, которые считают несобственников людьми второго сорта, недочеловеками, и оказываются либерастами. Либерализм, доведенный до своего логичного завершения, до апогея, – это форма социального «расизма». Если в классическом фашизме критерий исключенности – это принадлежность к той или иной расе, то в либерализме таким критерием оказывается принадлежность (владение или невладение) к собственности (зачастую оба критерия на практике совпадают – возьмите хотя бы «ватников и колорадов» в восприятии поборников «европейского выбора Украины»). Те либералы, которые транслируют такие взгляды в наиболее агрессивной форме, и оказываются либерастами.

Встречаются, конечно, либералы и «помягче». Они делают упор на критику всяческих репрессий (в нашем случае – от ленинских до путинских), бюрократического произвола, милитаризма, клерикализма (вмешательства церкви в светские дела), а в последнее время больше всего – коррупции. Критикуют и антисоциальные меры властей, иной раз поругивают даже «своих» ультра-либерастов за такие поползновения. Всем этим они могут, как показывают события в ряде стран, привлечь на свою сторону часть трудового народа. Никто же не в восторге от репрессий, бюрократии, коррупции и т.п. Но почему-то от поддержки народом даже таких, «честных», либералов этому народу очень скоро становится не лучше, а хуже.

РИТОРИКА ЛИБЕРАЛОВ КАК ШИРМА

И неудивительно. Ведь все те проявления бюрократизма, милитаризма, коррупции и прочих язв, против которых они пытаются поднять народ, не с неба упали. Может ли «государство в собственном смысле» (Ф. Энгельс), оставаясь отчужденным от общества, быть совсем уж иным? Может ли народ, пока он не в силах освободиться от классовой эксплуатации, всерьез контролировать государственную власть «снизу»? И, наконец, значит ли это, что такое вот, «нехорошее», государство не выполняет все же функций общественно необходимых – прежде всего социально-экономических, которые жизненно необходимы именно трудящимся и на которые покушаются неолибералы? Здраво подумав, нельзя не ответить на все эти вопросы отрицательно.

Что отсюда следует? Что не надо бороться с произволом, коррупцией и прочим? Надо, конечно. Но по-умному, в меру реальных сил, трезво сознавая, что при капитализме всех этих зол можно лишь немного поубавить, но устранить не получится без революционного перехода к качественно новому обществу. Да и тогда это дело долгое и трудное. А кто обещает «единым махом семерых побивахом» – тот просто демагог. Если же он это сочетает с превознесением частной собственности, что свойственно даже лучшим из либералов – в современных условиях он будет только расчищать путь фашиствующим «либерастам». Хочет он того или нет.

И НАПОСЛЕДОК:

Можно встретить и такую трактовку либерализма, будто это идеология, рассматривающая своим приоритетом личность и конкретного человека. Но это уже передергивание и смешивание понятий, потому что в действительности такой идеологией оказывается гуманизм, не имеющий с либерализмом ничего общего.

Но это уже другой разговор.
Текст написан в соавторстве с А. Легейдой

Tags: неолиберализм, неофашизм, философия
Subscribe
promo andp2027 april 19, 2015 07:03 17
Buy for 20 tokens
Продолжаю писать сказки. На этот раз сказка о волшебном Лесопарке. В одном волшебном зоопарке достаточно недавно – еще в досказочные времена (то есть до написания этой сказки) – взяли да и отменили клетки, а сам зоопарк переименовании в Лесопарк. И теперь все животные могли свободно…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 40 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →